Чешский сенатор о конфликте Грузии и России
На прошлой неделе в Центре международных отношений, что аккурат под Пражским градом, состоялся «круглый стол», посвященный годовщине
Официальное название «круглого стола» — «Грузия — год спустя. Чешский взгляд». Со стороны парламентриев этот самый чешский взгляд озвучивал сенатор Яромир Штетина, известный своей критикой действий российской стороны.
«Прежде всего, я хотел бы напомнить о позиции верхней палаты чешского парламента, которую сенаторы заняли сразу после событий восьмого августа 2008 года. Позиция сенаторов была конкретной: Сенат считает агрессию Российской Федерации по отношению к Грузии неприемлемой и идущей вразрез с международным правом. Даже польский Сейм в своей резолюции не назвал действия российской стороны агрессией. Это сделал только чешский Сенат».
Сенаторы констатировали, что российская сторона потеряла моральное право выполнять функции миротворческих сил, поскольку сама стала участником конфликта. (Здесь следуют напомнить, что миротворцами россиян провозгласила в свое время ООН). Сенатор Штетина, часто бывавший в Грузии и в Абхазии в начале
«Российские солдаты, принимавшие участие в конфликте уже в 1992 году, только и сделали, что надели голубые береты, а на танках нарисовали голубые миротворческие пятна».
Яромир Штетина отправился в Грузию сразу после того, как в первый день Олимпиады узнал о происходящем. Вот что он там увидел и услышал: «Источники информации, которые у меня там были, я считаю достоверными — Совет обороны Грузии. Хочу подчеркнуть, что президент Саакашвили не принимал решения в одиночку, все шаги грузинской стороны сначала одобрялись оным Советом. Меня, как, впрочем, никого другого из моих коллег, в Цхинвали не пустили».
Кто же тогда снабжал сенатора необходимой информацией?
«Некоторые российские журналисты, которые сотрудничали с Советом обороны Грузии, помогли мне составить представление. Оно даже и не важно, кто год назад выстрелил первым, потому как Россия начала конфликт ещё в 1992 году. Год назад конфликт, который я позволю себе назвать длительной российской агрессией, возобновился. Нам было известно, что в тоннеле, прорытом сквозь Кавказский хребет, ещё
4-го августа находились российские танки. Причем передвигались они исключительно по ночам, дабы не быть замеченными из космоса. Ни один военный стратег не отправит танки так далеко без умысла их использовать».
Всё оно складно, да вот проблема: в XXI веке спутники могут засечь передвижение техники даже ночью. Но и на это у сенатора Штетины нашелся ответ:
«Может, у них была
какая-то иная причина ехать в это время суток, но они передвигались именно ночью».
Яромир Штетина, собиравший, как видно, информацию с миру по нитке, пребывает в уверенности, что главной целью российской армии было свержение президента Саакашвили, и что остановила её (армию) только вовремя проснувшаяся международная общественность: «Источники информации, снабжавшие ею Совет обороны Грузии, утверждали, что цель
На мой вопрос, существовали ли конкретные доказательства того, что это было в действительности так, сенатор Штетина ответил следующее: «Никогда перед началом агрессии агрессор не объявляет во всеуслышание о том, что конкретно он хочет предпринять».
По окончании дискуссии мы с одним коллегой сошлись во мнении, что новейшая история знает подобные примеры. Сейчас для начала войны вовсе не обязательно убивать Франца Фердинанда, достаточно раструбить по всему свету, что некое государство обзавелось ядерным оружием, и озвучить свои планы: «Мы хотим свернуть президента Хусейна». А потом благополучно его повесить. Или, чуть раньше — свергнуть Милошевича.
Сенатор Штетина, к моему непомерному удивлению, нашел в действиях российских военных и позитивный момент:
«Российская армия во время своих ударов очень чётко отделяла гражданские объекты от военных. Например, в Гори во время бомбардировок гражданские объекты почти не пострадали. Грузинская сторона часто демонстрировала фотографии разрушенных жилых домов, но это были дома, где жили семьи грузинских военных. Объекты эти, стало быть, частично считались военными».
Не все, однако, в чешском Сенате разделяют точку зрения Яромира Штетины относительно степени вины обеих сторон. Сенатор Эгон Ланский склонен видеть в качестве основного виновника президента Саакашвили: «То, что случилось в августе прошлого года в Грузии, однозначно лежит на совести грузинского руководства, президента. И мы об этом ни разу не сказали с трибуны организаций, членом которой Чехия является: ни ООН, ни ЕС, ни НАТО».
Господин Бенеш из Центра международных отношений тоже не согласен с Яромиром Штетиной:
«Я вижу в аргументации господина сенатора логические ошибки. Если мы предположим, что целью российской армии было взятие Тбилиси, почему тогда она его не взяла? Аргумент, что российская армия, которая ни во что не ставила мнение международной общественности во время войны в Чечне, испугалась этой самой общественности год назад и только
из-за этого остановилась перед Тбилиси, мне не кажется достоверным».
Джими Дабрундашвили, один из организаторов общества «Самшобло», в интервью Радио Прага пару месяцев назад сказал слова, которыми и можно подвести итог оной сложной дискуссии: «Лично я думаю, что как со стороны России, так и со стороны Грузии было допущено очень много ошибок. Но один факт нужно знать: Грузия со своей армией не пришла в чужую страну, мы хотели установить порядок на своей земле».
